Старшие Арканы
("Tarot of Mermaids", designed by Pietro Alligo&Mauro de Luca)

Каждая карта - один день из жизни. И образы, которые приходят в этот день.

Шут

"Небеса и неизвестность где-то под ногами,
Без конца все это будет между нами".

"Тобой и мной играет каждый миг,
Какая странная игра..
В твоих глазах и ты уже привык
К тому, что все продолжится с утра.

Последний раз прочту в твоем лице
Все то, что было навсегда,
Я буду ждать тебя на том конце
Из ниоткуда в никуда".

"Цвет зеленый - это море,
Цвет белый - это песок.
Камни белые море размывает,
Растирает в белый песок".

Маг

Мир - это река.

А на ее берегу с удочкой в руках и в плетеной соломенной шляпе сидит рыбак. У него седые виски и искрящиеся глаза. В сумке лежат свежеиспеченный хлеб, фляга с родниковой водой, можжевеловые четки и разноцветные переплетения галактик впридачу. Солнце бликами играет в складках его одежды, улыбка бабочкой порхает по лицу, отражая безмятежную внутреннюю гармонию. Волны аккуратно подбираются к ногам его, не решаясь их коснуться. Птицы замирают на ветках в предвкушении. Это маг.

Ловись рыбка большая и маленькая...

"Тени сизые смесились,
Цвет поблекнул, звук уснул -
Жизнь, движенье разрешились
В сумрак зыбкий, в дальний гул.
Мотылька полет незримый
Слышен в воздухе ночном...
Час тоски невыразимой!..
Все во мне, и я во всем!..
Сумрак тихий, сумрак сонный,
Лейся в глубь моей души,
Тихий, томный, благовонный,
Все залей и утиши.
Чувства - мглой самозабвенья
Переполни через край!..
Дай вкусить уничтоженья,
С миром дремлющим смешай!"
(с) Тютчев, 1836 год

"От солнца я веду свой древний род".

Жрица

"Слышу я, как плещется песок и вода.
Вижу я, как чайка полетела первый раз.
Ноги мои оказались в небе воды,
Руки мои – волны крыльев, крыльев любви".

"Я вижу танец ветра,
Он был когда-то мной.
С небес срывались звезды
И падали в огонь.
Теперь он стал ответом,
Мгновением любви.
В нем вечность моря с ветром,
В нем все, что хочешь ты.

Я отрываюсь от земли,
Я где-то вне и я внутри,
Не замечая все вокруг,
Не замечаю...

Я отрываюсь от земли,
Я в невесомости вода.
Не может быть, не может быть,
Я понимаю..."

"И все тебя искали,
Мечтая и во сне.
Не замечая, сами исчезали.
И все тебя искали,
Не зная о себе,
Не замечая сами..."

Императрица

"Желать возможного - все равно, что создавать это.
Желать невозможного - готовить свой собственный крах".

Ее спокойная мудрость правит, но не воюет. Нельзя завоевывать, когда у тебя уже все есть. И правит она, руководствуясь одним единственным законом, законом Орла: как бы ни были различны эмоции отдельных сторон существа, в действительности все они тяготеют к одной цели, причем, идя по кратчайшему пути. Она готова помочь, всегда спокойна, глаза ее не грустны и не радостны, она смотрит сквозь вечность. Императрица невозмутима, и мудрость ее сравнима только лишь с мудростью природы, она всему начальному Начало. Она соединяет противоположности в единстве, не уходя в тень, она влияет на ситуацию открыто. Императрица – великая Дочь и вечное Деяние.

Как она нищих оделяет, ты смотри, а что в семье ее творится – то и знать не желай. У нее все за заборами да за калитками, а на калитках замки, от которых ключи на поясе у нее висят. И что домашних своих заела она совсем, то тебя волновать не должно, заботиться она так об их благополучии. Попадешь под власть ее – и поздно вырываться, закроется клетка. А выход где? Да только на дне реки. Не поскупиться она, совсем со свету сживет, если нарушишь ее законы. Неважны дня нее средства, а важен результат. Чтоб все под маской благонадежности было, чтоб люди ничего плохого про нее не подумали. Да только люди знают все, что за калитками да за заборами происходит. Самодурка, и слов других нет.

"А там шальная императрица
В объятиях юных кавалеров забывает обо всем..."

Император

"Я знал, что твоя душа благородна".
"Меня это уже не впечатляет".

"Тоска, одиночество, боль, дыхание ночи
Это, конечно, совсем не то, что ты хочешь.
А я становлюсь все злей и упорней,
Я каждый раз вырываюсь с корнем,
Оставляя глубокие раны, ужасные шрамы,
И лечу все равно траекторией той же самой,
Становясь от этого злей и упорней,
Снова и снова вырываюсь с корнем.

Ты за каждым углом, в крыльях бабочек, в кронах деревьев.
И дело тут вовсе не в знаках, заклятиях, зельях.
Демоны ищут тепла и участия..
Предаюсь огню, разрываюсь на части,
Оставляя ожоги и ноющие порезы.
Все равно ты ранишь сильней, чем стекло и железо.

Милый, имя тебе Легион.
Ты одержим, поэтому я не беру телефон,
Соблюдаю постельный режим.
Но в зеркале ты, из крана твой смех,
Ты не можешь меня отпустить,
А я не могу вас всех...

Я попалась во все ловушки и черные дыры,
Я гуляла над бездной по краю реального мира.
И ушла чуть раньше, чем слишком поздно,
Закрываю глаза, исчезают звезды".
(с) Flёur

Верховный жрец

"О, слепая душа! Вооружись факелом Мистерий и в земной ночи ты откроешь своего сияющего двойника, твою Небесную душу. Следуй за этим божественным руководителем и да будет он твоим гением! Ибо он держит ключ к твоим существованиям, прошедшим и будущим".

"Мудрость - великий дар,
Только, наверное, иногда
Скучно быть мудрым...
С глупых своих небес
Глупая я улыбаюсь тебе,
Бронзовый Будда.
Я откажусь от земных страстей,
Только останься со мной.
Вместо рождений и смертей
Ты подари мне покой.

Я не хочу быть здесь,
Я не хочу быть уже нигде,
Сотри мои мысли...
Я не умею летать,
Что-то доказывать и утверждать
Больше нет смысла.
Милый, ты можешь спокойно спать,
Можешь выключить свет.
Ведь никого уже спасать
Больше не нужно, нет...

Мудрость - великий дар...
Только, наверное, иногда
Скучно быть мудрым...
Я закрываю глаза,
Чтобы увидеть твои небеса,
Призрачный Будда...
В этой реке слишком много слез,
Но их поглотит Океан...
Я попрощаюсь с тобой всерьез,
Моя золотая река".
(с) Flёur

Возлюбленный

Когда ты грустишь, мне хочется петь,
И так вот всегда.
Упреком ли, словом захочешь задеть,
Так я не горда.

Ты хмуришься вечно, а я так беспечна,
Не быть нам вдвоем.
Мы разные песни поем - ты о вечном,
А я о земном.
(с) Flёur

"Выбор - больше ничего,
Ничего ценнее нам не дано.
Кем бы ты ни был, чтобы ни знал,
У тебя есть выбор, путь на вокзал,

С миллионом дорог и скамейкой одной,
Но не садись на нее, иначе с толпой
Поедешь в вагоне и выйдешь ты в город,
Где мучает всех злой страшный голод".

"Цепь из цветов порой труднее разорвать, чем цепь из железа".

Колесница

"Стань тем, что ты есть".

Ты – смертное существо и ты же – вечен. Познай себя в свете мудрости. Кроме тебя нет ничего. Промедление смерти подобно. Колесница заждалась тебя, почему не едешь ты туда, куда рвется душа? Смело оставь позади пройденное и возьми с собой только накопленный опыт и знания. Ты видишь, что все повторится вновь, только лишь на другом уровне, так что ты можешь потерять? Колесница быстро несется по опасным дорогам, не успеешь оглянуться, как снова будешь здесь, почти здесь или умрешь в придорожной канаве. Испытай себя и колесницу. И в случае успеха – ты будешь его достоин.

Украв крылья, наспех привязав их к рукам и приклеив на воск, несешься ты навстречу жизни и солнцу. Да только готов ли ты? Почему так спешишь жить? А жизнь жестока, и в который раз она охлаждает твой пыл морской волной и далеким дном. Икар, пытавшийся познать себя через небо, ты проиграл. Но со дна морского тоже видно солнце...

"Без движения жизнь – только летаргический сон".

Сила

"Ап! И тигры у ног моих встали!"

Ап! Дрессировщик, умело изображая страстную пафосность, бьет кнутом, и тигры со львами по привычке выстраиваются у его ног. Ап! Дрессировщик перевоплощается в фокусника, и по мановению его руки на арене появляются горящие обручи. Ап! И животные один за другим прыгают сквозь огонь. Ап! Дрессировщик подходит к одному из львов, легко раскрывает ему пасть и вкладывает в нее свою правую руку, с выражением полной безмятежности на лице. Ап!..

Приручить можно кого угодно, но важнее приручить себя, своего зверя - не посадить его в клетку, но найти с ним общий язык и объяснить, что от него требуется и какие законы нужно соблюдать в этом мире. Сила порой не в действии, а в созерцании действия. Сила порой в молчании.

"Лев в смятенье полнейшем, странно обеспокоен.
Хвост, его выдавая, по земле с силой бьет:
Он понимает, что нынче случилось такое,
О чем век размышляя, он и то не поймет".

Отшельник

"Не заслоняй мне солнце!"
  "Надо мною - тишина,
Небо, полное огня,
Свет проходит сквозь меня,
И я свободен вновь".
 

"Волшебный луч любви и возрождения,
Я звал тебя - во сне и наяву,
В труде, в борьбе, на рубеже паденья
Я звал тебя - теперь уж не зову...

Той бездны сам бы не хотел я видеть,
Которую ты можешь осветить.
То сердце не научится любить,
Которое устало ненавидеть..."

  "Кто-то стучал ночью в дверь,
Вздрогнет сердито земля.
Смысла ты здесь не найдешь"
"Оставь меня в покое".
Колесо фортуны

"Все идет, все возвращается, вечно вращается колесо бытия.

Все умирает, все вновь расцветает, вечно бежит год бытия.

Все погибает, все вновь устроится, вечно строится тот же дом бытия, все разлучаются, все вновь друг друга приветствуют, вечно остается верным себе колесо бытия. В каждый миг бытие начинается, вокруг каждого "здесь" катится "там", середина везде, путь вечности идет по кривой".

Порой лучше остановиться и наблюдать за тем, как Колесо набирает скорость, лучше не делать лишних движений, ведь оно может и снести. Лучше стремиться к центру Колеса, к своей истинной сути, и оставить позади все наносное, все проблемы и неприятности. Колесо – лишь круговорот вещей, дел, событий и всего сущего. У него нет начала и конца, нет середины, колесо может лишь крутиться. Всего лишь.

Колесо Tarot вращается. Падает вниз Тифон, взбирается вверх Германубис, и только Сфинкс, как был наверху, так там и остается, олицетворяя Неподвижность в Подвижном. Колесо не имеет власти над Сфинксом. Но Сфинкс имеет власть над Колесом, отрицая случайности и фатализм, он владеет Высшей Волей Вселенной. Он сдерживает вихрь двойственности, заботится о неизменности форм и помогает избегать излишеств.

"Сфинкс – Судьба. Ее ли бояться?
Она равновесно вершит свою власть:
Ведь каждый униженный может подняться,
И каждый возвышенный может упасть..."

Справедливость

Шли себе семь дорог. Первая была через огонь, прямо и не сворачивая, с мечом наголо, умирать так с песней. Вторая вела по краю бездны куда-то к морю, вела тропою освобождения, сжигая за собой мосты. Третьей дорогой было небо и грозовые облака, по дороге молнией металась черная птица, выкрикивая пророчества. Четвертой дорогой искрились вечные снега на вершине гор и снежные лавины, отбирающие жизнь и надежду. Пятой дорогой была пещера, таящая в себе несметные сокровища, которые никому невозможно было заполучить. Шестой дорогой стала волчья тропа к камню полнолуния, в своем лесу и в своем одиночестве. Седьмой же дорогой пел ветер смерти, овевающий старые могильные плиты, и зов из глубины мертвой души.

Шли себе семь дорог, петляли, иногда пересекались, но были такими разными и такими далекими. А что сегодня? Или это было еще вчера? Может, и вчера, может, и сегодня – дороги неожиданно встретились в точке и пошли дальше одной, широкой, вмещающей все их, вмещающей ставшее теперь единым. Одна за одной они нашли друг в друге себя и уравновесили друг друга. Неожиданно, нежданно, но так правильно и гармонично.

Странная дорога.. непривычная и такая родная. Так что - идем на восход, встречая золотистые отблески, окрашивающие горизонт, девятью свечами.

Вестимо все так, как и должно быть.

Повешенный

"Учись, терпи, сохраняй ясность духа и жди".

Время шло с той же скоростью, что и раньше, да только не было момента, когда бы усомнился он в правильности своего решения. И кажется, что ничего не менялось с тех пор, как он пригвоздил себя копьем к стволу Древа Жизни, и девять дней и девять ночей висел он там, прежде чем умер. И в то время, что висел он полуживым-полумертвым на одной из ветвей Древа Жизни, видел он двенадцать видений, и познал он таинства жизни и смерти и многое другое. Отказался он от собственного "я" во имя себя же, чтобы вознестись до большего знания, осознать дух и душу, получить их символы. И больно было отказываться от малого, но счастьем стало получить многое и разделить его с теми, кто надеялся и верил.

Бывает, что замираешь и узнаешь покой. Но и покоем пресыщаешься, если земля для тебя становится небом, а небо – землею, только ты не чувствуешь подмены. И не понимаешь ты, почему по твоему небу над головой ползают змеи, а по твоей земле под ногами летают птицы. Своей собственной теорией, которую так долго выдумывал и проверял, не можешь ты объяснить этого, и понимаешь, что теория твоя не верна и надо от нее отказаться. Да только не можешь ты. Ведь ты так долго жил этой теорией, так многое увидел сквозь нее, словно через стекло – как теперь ты можешь от нее отказаться? Но ты отказываешься, теряешь себя и обретаешь небо в небе, а землю в земле.

"Пойдем, за углом продается яд.
По глотку – и опять помрем,
По глотку – и опять в ад..."

Смерть

"Раненный в висок мыслью глупой я.
Слезы на песок - смысл бытия...
И не встать с колен нашим голосам,
В письменном столе прячем небеса.

Город залит тишиной, и нас теперь не найти.
Кто-то ушел в мир иной, все остальные в пути.
И как по весне тает снег...
Мутной водой, да со всех сторон.
Кто-то придет, а нас уже нет...
Лапами еловыми следы похорон".

"Сквозь тревожные сумерки дым сигарет,
Отражается в зеркале нервное пламя свечи.
Я сижу за столом, на столе пистолет,
Я играю в игру для сильных мужчин.

Я смеюсь над собой, я рисую усы.
Ты не знаешь, какая я наверняка.
Я энергия взрыва и эхо грозы,
Я пока не опасна, но это только пока.

Ты еще не знаешь, насколько все это будет всерьез,
У меня осталось два часа до рассвета и еще один нерешенный вопрос.
Кто мы? Незнакомцы из разных миров?
Или, может быть, мы случайные жертвы стихийных порывов?
Знаешь, как это сложно, нажать на курок...
Этот мир так хорош за секунду до взрыва.

Мы накажем друг друга высшей мерой отчаяния
Для того, чтоб из памяти этот вечер изъять.
Здесь одна только пуля, не огорчайся,
Я кручу барабан, и эта пуля моя.

И теперь мне точно известно, насколько все это было всерьез,
Потому что молчание – ведь это тоже ответ на мой нелепый вопрос".
(с) Flёur

Умеренность

"И промелькнет за окном печаль,
Ангел молча вспорхнет с плеча моего,
Помашет рукой".

Ночной ветер в спину ему, дождь в лицо, пустыня вокруг него то песчаная, то ледяная. И медленно сменяют друг друга сезоны, но ему кажется, что время утекает сквозь пальцы. Каждый год в одно и то же время приходит к нему Учитель и спрашивает об одном и том же – удался ли ему хлопок одной ладонью. И он уже выглядит старше своего Учителя, сидя на одном месте многие дни, многие лета, не двигаясь, в тишине ветра и дождя. А время идет, и однажды он, уперев руки в землю, выполняет свое задание, и слышится хлопок одной ладонью. А где-то далеко незаметно улыбается Учитель.

В спокойном сосредоточенном молчании на берегу реки сидя, черпает она воду чистую и переливает из одного сосуда в другой. И вода, перемешиваясь, непрестанно меняет цвет, от зеленого до красного, непрестанно меняет аромат, от хвойного до пряно-цветочного, а потом она выливает воду обратно в реку, совершенно обычную прозрачную воду, и набирает ее вновь в сосуды. И, кажется, так проходят минуты и часы, недели и месяцы, года и десятилетия, и ветер треплет ее волосы, и за ее спиной пара белых крыльев, и все те же два сосуда в руках. Прекрасное всегда неторопливо.

"В эту Вселенную, не зная ни почему, ни откуда,
Я влился волей-неволей, как Вода,
И волей-неволей не зная куда, улетаю из нее,
Подобно Ветру, несущемуся над Пустыней".

Дьявол

"Когда мы были молодые и чушь прекрасную несли..."

Сизым туманом наполнился сад, и услышала Она голос сладкий, и пошла Она на голос тайны. И говорил он Ей сорвать яблоко и возвыситься, и узнать, что такое счастье.. но не сказал, что счастья не бывает без боли. И сорвала Она яблоко. И познала Она боль, но вместе с тем познала и жизнь. Искушение властью, силой, деньгами - дьявол в сердце, а не вне его. Его могущество безгранично и неуправляемо, он – рок, пока человек не пройдет перерождение на новый уровень.

На площади горели костры, сыпались проклятья. В подвале мерцал свет, и проходящие мимо маленького окошка в страхе крестились, им казалось, что это отблеск адского пламени, и сам Сатана прибыл смотреть казнь. И боялись люди гнева его, ведь казнили ведьм. И палачи их, и инквизиторы давно устали. И в ком из них был Сатана? Неужели в тех, кто горел на костре? И Сатана не злился, он был доволен.

Сначала пришла вера, потом – религия.

"Если ты собрался мстить – выкопай сразу две могилы".

Башня

"Когда легче всего сносить несчастья?
Когда видишь, что твоим врагам еще хуже".

И все вроде бы идет своим чередом, и все вроде бы правильно, да только не так выходит, как раньше, и совсем не так, как хотелось бы. Война прошла давно, и вспоминать о ней никто не желает, да только результаты этой войны везде – куда ни глянь, непременно найдешь. Землетрясения, наводнения – ничто остановить и образумить уже не может, не впечатляют удары молний и неожиданные падения. Как трудолюбивые муравьи, люди тащат обломки башни по норам, мол, в хозяйстве пригодится. А почему ударила в башню молния, почему загорелся маяк – их не волнует. Ведь в Багдаде, слава богам, все спокойно.

Прошлое любит порой о себе напоминать, еще больше любит оно представать в новом свете – любит выписывать слово "вина", любит говорить о причинах. И они оказываются совсем не такими, что были раньше, и вдруг ты открываешь глаза – перед тобой руины, кровавый закат давно уступил место ночному сумраку, море лениво несет свои волны к берегу, а в небе горит звезда, еще не звезда надежды, но уже отблеск какой-то новой цели и начало какого-то нового пути. И тогда понимаешь ты, что крушение было просто неизбежным, что именно теперь ты видишь так ясно, потому что башня не стоит перед глазами. Да, падать было больно, но не бывает без боли счастья и радости. И потому ты идешь к звезде, оставляя руины старой башни позади.

"Словно стрела глухо стукнула,
Клювом ребра раздвинула.
Словно картечь оборвала речь
И на снег опрокинула.
Словно весна, с радаров исчез я,
Загрызла меня гроза.
Словно бегу я по краю бездны,
Руками закрыв глаза".

Звезда

"Хотим прекрасное в полете удержать,
Ненареченному хотим названье дать.
И обессиленно безмолвствует искусство".

Давать надежду кто-то считает преступлением, кто-то считает ложью. Но кто послушает, если надежда творит чудеса, как бальзам, проливаясь на сердце. И пожалуй, тот, кто дарит надежду и вдохновение, сам творит чудо. Он говорит помогать людям вечно, и то, что отдал ты им, останется с тобой навечно, лишь то, что ты утаил – пропадет навсегда. Свет звезды-надежды нереален, но сил у него так много, что он поведет за собой толпы, и они поверят в чудо. И чудо свершится, рано или поздно свершится. Пройдя через немалые испытания, нельзя не поверить в чудо.

Художник рисует звезды, пытаясь сделать их на бумаге такими же неживыми и холодными, какие они на темно-бархатном небе. Но только для него они сейчас – самое живое и прекрасное, что есть в мире. С какой заботой и вниманием он вычерчивает каждый отблеск, каждый лучик... будто звезда – это такая восточная красавица ясноокая, которую ведьма злая превратила в снежную королеву и посадила в ледяной дворец. А вот другая – силуэт ее бледен и прозрачен, будто слеза, длинные светлые волосы и рыбий хвост, русалка небесная. И у каждой его звезды свой характер, они так непохожи друг на друга. И все, о чем мечтает сейчас художник, на что надеется он – чтобы кто-то посмотрел на его картину и разгадал все, что он вложил в нее, и понял, что он рисовал, что вычерчивал: и увидел его русалку со светлыми волосами и заколдованную восточную красавицу и еще сотни других образов – тех образов, что стали для него так важны, пока он глядел усталыми глазами в темно-бархатное звездное небо, и в глазах его горел огонек, которым обладают только души творческих людей.

"Случайно падали звезды
В мои пустые карманы
И оставляли надежды.
Мои колени замерзли,
Ты был счастливый и пьяный,
И что важное между..."

Луна

Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали
Лучи у наших ног в гостиной без огней.
Рояль был весь раскрыт, и струны в нем дрожали,
Как и сердца у нас за песнею твоей.

Ты пела до зари, в слезах изнемогая,
Что ты одна - любовь, что нет любви иной,
И так хотелось жить, чтоб, звука не роняя,
Тебя любить, обнять и плакать над тобой.

И много лет прошло, томительных и скучных,
И вот в тиши ночной твой голос слышу вновь,
И веет, как тогда, во вздохах этих звучных,
Что ты одна - вся жизнь, что ты одна - любовь,

Что нет обид судьбы и сердца жгучей муки,
А жизни нет конца, и цели нет иной,
Как только веровать в рыдающие звуки,
Тебя любить, обнять и плакать над тобой!
(с) Афанасий Фет, 2 августа 1877

В небе полная луна проплывает,
Ты живешь там, ничего обо мне не зная.
Я пытаюсь изучать лунную орбиту,
Льется грусть с небес дождем метеоритным.
Я сижу на крыше так,
Звезды все же ближе там...

На обратной стороне луны ты живешь,
И я тебя почти не вижу.
Я сижу на крыше и шепчу стихи.
Может быть, когда-нибудь ты меня услышишь.

Все меняется вокруг, ну а мне бы
Все сидеть здесь на ветру, под дождем и снегом.
Здесь приятнее мечтать, здесь как-то легче,
Ведь расстоянье до луны не бесконечно.

Льется грусть с небес дождем метеоритным.
Что-то странное с моим сердечным ритмом.
Знаю, это может быть только раз в столетье,
Ты случайно глянешь вниз и меня заметишь...
(с) Flёur

Солнце

Чтобы свободно идти вперед, нужно разобрать весь тот хлам, что тянет тебя назад. А уже потом - конь и красные ленты. Но стоит только начать работать над собой, как результаты не заставят ждать, очень важен первый шаг по избранной дороге.

Вчера варила кофе, сегодня пила кофе с Бейлисом. Думала о том, как приятно пить это тепло, думала о той ясности, которой добиваешься лишь в полутрезвом состоянии. Думала о том, что жить вообще-то очень приятно, и что жизнь – хорошая, просто потрясающая штука, что впереди много всего интересного, а позади много всего замечательного. Думала о том, что пройденное сделало меня такой, какая я есть. Думала о том, что будущего нет, а есть только сейчас, вечное сейчас, такое замечательное сейчас. В общем, не думала ни о чем особенно важном и значительном. Просто было хорошо.

Жгу свечи в огромных количествах: зеленые, оранжевые, желтые, голубые, иногда белые. Весь алтарь, функцию которого у меня выполняет пианино, заляпан воском.. ну да и ладно. Сделала рунический талисман, рисунок которого увидела на стекле двери в метро. Так и живем.

Суд

"Теперь ты – посланник Божий, орудие высших сил.
Постарайся же понять смысл возложенной на тебя задачи и выполнить ее с честью".

И в тот день, когда небо пожрет землю, в тот день, когда огнедышащие драконы спалят все живое, в тот день, когда выйдут из своих темниц демоны и вступят в бой с силами правящего света, - в тот день все умрет. И в тот день все вновь родится. Ибо смерть и рождение – суть одно и то же, ибо тот, кто принимает это как данность, живет вечно. И пройдет по новой земле существо нового мира, и в сердце его будет жить надежда на мир.

Легкой вспышкой проходится по крыльям огонь и замирает последним то ли вздохом, то ли криком в глазах, и клюв цвета рубинов в золоте закрывается тихо и беззвучно. Феникс последний раз взмахивает отяжелевшими крыльями и опускается на землю, и лишь тогда начинает гореть ровным и чистым пламенем, прогорая и обращаясь в пепел. И только глаза, бусинки, в которых живет душа, смотрят через огонь уже совершенно спокойно, будто не горит феникс вовсе и не умирает. Глаза слезой светлой, как улыбкой Чеширского Кота, прощаются с миром в который раз и обращаются в пепел. А потом ветер разносит пепел по долине, и слышится откуда-то птичья песня, и пепел вновь искрами блестеть начинает – и появляется птица, новый феникс, возрожденный феникс.

"По делам своим судим будешь".

Мир

Варить кофе – та еще медитация. Турка с узким горлышком, электрическая плита и задача довести мысли до готовности. Потом взбить молоко, покрошить шоколад, налить кофе в чашку и минут десять наслаждаться результатом. Затем повторить еще два раза, а в последний заедать кофе шоколадным круассаном. Совершенно потрясающие ощущение целостности и гармоничности. Та еще медитация – варить кофе.

Я всегда мечтала о том, чтобы поработать за гончарным кругом, чтобы вылепить на нем что-нибудь, ну хоть бы и мисочку. Но зато настоящую, натуральную, которую в руки взять будет уже приятно, прикосновение к которой будет прикосновением к природе. Совершенно волшебная вещица была бы. Да, мечтается мне такую сделать, потом украсить ее узорами и отправить в печку. Цены б этой вещице не было.

Перекресток пройден, нет больше хоженых троп, других дорог и чужих следов - ничего подобного нет. Теперь дорога не ведет меня, теперь я рисую дорогу сама, выбирая свой путь.

Конец - это всего лишь новое начало.

Мист

 
CURRENT MOON
 
Главная - Новости - Мифология - Магия - Мантика - Творчество - Змеедел - Закладки - Ссылки
 
 
Rambler's Top100 Рейтинг Инфо-Поле